Отзывы, рецензии, интервью

G — интервью с Мar de Grises в Москве 17 декабря 2011

Вопросы: G

Ответы: Rodrigo Morris (R.M.), Alejandro Arce (A.A.) and Sergio Alvarez (S.A.)

Перевод: Yana Budyak

— Для начала традиционный вопрос — что означает название вашей группы?

A.A.: Ну что ж... Отвечать по-английски или по-испански? Предпочитаете по-испански?

— Как хотите.

A.A.: У него много значений. С одной стороны, это то, как мы воспринимаем цвет нашего города, в нём преобладают серые оттенки. И каждый человек у себя в мыслях возвращается туда, на улицы города. С другой стороны, это что-то вроде особого состояния... Я его интерпретирую как эмоциональное или творческое состояние, немного неоднозначное, когда нет ничего чёрного, ничего белого, ничего конкретного, только серые тона. И я считаю, что такое эмоциональное состояние очень интересно для творчества. Конечно, это моё личное толкование. Главная мысль в том, что оно допускает множество толкований, и все они будут правильными.

— Как вы себя позиционируете в рамках дум-металла? И считаете ли вы, что стилевые рамки не обязательны?

A.A.: Нет, не обязательны. Мы играем дум-метал, потому что нам нравится эта музыка, она нас объединяет. Когда мы основали группу, мы играли дум, потому что нам это нравилось. Главная идея, которая лежала в основе этого начинания — не вкладывать много денег в творчество, а просто делиться энергетикой. И будь что будет. Я думаю, что границы и ярлыки определяются после создания музыки, а не раньше.

— Может быть, другие тоже хотят поучаствовать в интервью?

A.A.: Да, да.

— Следующий вопрос. Ваша музыка не просто для развлечения, она для души. Что вы хотите сказать своими песнями? О чем слушатели должны задуматься?

S.A.: Я не думаю, что в момент творчества полностью осознаю, что хочу вызвать, а, скорее, что я сам хочу, что я в этот момент чувствую. Поэтому для меня взаимодействие с другими людьми на втором плане. Это результат личного.

— А есть какие-либо идеи, которые Вы хотите пропагандировать своей музыкой? Это трудный вопрос, да?

R.M.: Да. Я думаю, что так сложилось, что, начиная с самого первого альбома, во втором и третьем, есть какая-то история, что-то вроде духовного роста.

— А вы хотите изменить что-либо в своих слушателях? Должно ли что-то измениться в этих людях после того, как они послушают Вашу музыку?

S.A.: Нет. Я не думаю, что мы хотим менять что-то, скорее, открывать. Это не одно и то же.

— Интересно... А есть какие-либо группы, которые влияют на Вашу музыку?

R.M.: Которые на нас влияют?

— Да.

R.M.: Таких много, очень много...

— Например? Назовите одну или две.

R.M.: На меня влияют? На нас на всех влияет разная музыка.

— Да, на Вас.

S.A.: Я думаю, что общими для нас являются Neurosis, Ulver, In The Woods.

— Каков контингент ваших фанатов на родине? Это молодежь или все-таки старшее поколение, которое помнит ваш старт 10 лет назад?

R.M.: Я думаю, что это люди примерно нашего возраста, те, кто начинал с нами. В последующие годы их число немного увеличилось, но, как я думаю, в основном это люди постарше.

S.A.: Да, и есть те, кто младше нас, это люди, которые, более или менее, составляют аудиторию дум-металла в Чили. И есть более молодые группы, молодое поколение дум-металла.

— Вопрос не совсем про метал, а, скорее, общего плана. Один русский поэт написал, что "рок-н-ролл мертв", а вы как считаете?

R.M.: Нет, я думаю, что говорить, что панк-рок умер, можно только с точки зрения эстетики. И я думаю, что рок уже укоренился в коллективном сознании, и рок не может умереть.

— Точно, он не может умереть. У вас получается заработать с помощью музыки, или вы имеете другую работу? Потому что, как мне кажется, сейчас музыкантам, даже известным, трудно заработать хорошие гонорары?

R.M.: Нет, не получается, у нас есть другая работа.

— Какая? Кем вы работаете?

R.M.: Я музыкант, преподаватель музыки, ещё пытаюсь переводить, и т.д., и т.п.

— Вы приглашаете музыкантов из других групп для записей и для выступлений? (Тут я вижу Луиса Сото из группы Target, как оказалось, что он с вами?)

S.A.: Для работы над нашими дисками мы ещё не приглашали других музыкантов.

R.M.: Мы пригласили одного человека, когда работали над последним диском, певицу...

S.A.: Точно!

R.M.: ..которая исполнила последнюю тему. Она была единственной, кого мы пригласили.

S.A.: Как-то раз мы пригласили людей, которые играли с нами, и группы, с которыми мы дружим.

— Ваши песни довольно мелодичны. А могли бы вы сыграть акустический концерт, без всех этих примочек?

R.M.: Да, мы об этом думали.

S.A.: Да, да, да, мы думали об этом.

R.M.: Это сложно. Очень сложно сделать хорошую акустическую версию. На это требуется много времени, много усилий, а сейчас мы работаем над следующим диском с виолончелью. И акустический концерт было бы очень трудно сделать. Но я думаю, что когда-нибудь мы сделаем такой концерт.

S.A.: Но нам уже предложили написать пару тем, сыграть их вживую, всего одну или две темы, что-то совсем короткое, то, что можно сделать быстро.

— В России любят и ценят чилийский дум-метал. Слышали ли вы российские дум-метал-группы и какие? Как впечатление?

S.A.: Нет, только те группы, которые играли сегодня.

— Они вам понравились?

R.M.: Да.

S.A.: Да, мне очень понравилась первая группа. Мне она показалась довольно хорошей и очень понравилась.

R.M.: Но, по правде говоря, в Чили их не знают, или знают совсем плохо.

— Тут в Москве у нас иногда проходят живые концерты метал-групп в онлайн-трансляции через Интернет, и даже был думовый концерт недавно, он прошел с большим успехом. Вы пробовали это делать?

S.A.: Нет. Мы участвовали в он-лайн интервью, а в концерте — никогда.

— Год назад у вас был обширный тур и вот сейчас вторая часть. В каких странах вы побывали?

R.M.: Сейчас? Во второй части?

— В обеих частях, в целом. И в первой, и во второй части.

S.A.: Во многих европейских странах: в Португалии, Испании, Голландии, Франции, Италии, Чехии, Словакии, Польше... Во многих, очень многих... сейчас выступаем здесь, в Москве...

— Вам нравится в Москве?

S.A.: Да, очень.

— Какие впечатления от московской публики?

R.M.: Мне кажется, они гораздо энергичнее реагируют, они более открыты.

— Верно ли, что вы приехали при поддержке Правительства Чили? Как вам это удалось?

R.M.: Чилийское правительство провело конкурс, это был культурный проект. У нас есть опыт участия в проектах и не только.

— Следующий вопрос скорее личного плана: ваши любимые алкогольные напитки?

S.A.: Я — поклонник пива.

— Пива?

S.A.: Да.

— А водки?

S.A.: Да, тоже. Мне нравится пить пиво с водкой, а вот с ромом, например, нет.

— Есть стереотипы, например, про русских — это водка, белые медведи и балалайка…

R.M.: Ага!

— А какие стереотипы есть про чилийцев?

R.M.: Стереотипы, о которых вы можете знать?..

— Нет, вы знаете какие-либо стереотипы о Чили?

R.M.: Да, «гуачака»*.
*Гуачака — собирательное название забегаловок в Чили. А также пренебрежительное название простых, заурядных людей, далеких от общепринятых социальных норм. (Прим.перев.)

S.A.: Да, типичный персонаж — «el roto chileno»*.
*«El roto chileno» («чилийский оборванец») — выражение, обозначающее необразованного или нарочито грубого, некультурного человека. (Прим.перев.)

— Кто?

S.A.: «El roto chileno» — это типичный чилиец, обычный, небогатый человек...

R.M.: Он много пьет...

S.A.: Точно, много пьет, у него красный нос...

— Понятно :)

R.M.: Это что-то вроде карикатуры на Чили.

— Следующий вопрос немного сложный. В России с большим уважением относятся к генералу Пиночету, потому что считают, что он спас Чили от кризиса в 70-е годы. Я знаю, что для вашего народа это трудная тема, и все-таки я спрошу — ваше отношение к этой исторической личности?

S.A.: Ты говоришь, что тут его уважают?

— Да, потому что он спас страну от кризиса...

R.M.: Ух...

— Но я не знаю, что вы о нём думаете.

S.A.: Когда Пиночет вступил в правительство, это было социалистическое правительство, которое пыталось раздать богатства страны народу, всему народу. А Пиночету и США это не нравилось. Соединённые Штаты устроили экономическую блокаду Чили, также, как Кубе и многим другим странам.

— И это было плохо для Чили.

S.A.: Страна не могла так существовать.

R.M.: И тогда произошёл переворот. Не потому, что социализм не работал...

S.A.: ...а из-за блокады, которую они устроили Чили.

R.M.: Кроме того, тогда было очень много деятелей культуры... Точнее, кроме всего прочего, было много деятелей культуры, которые развивали чилийскую музыку, а в перевороте они были убиты.

— Ого...

S.A.: Да. Итак, переворот был сделан для того, чтобы поэкспериментировать на Чили, испытать там неолиберальную экономику.

R.M.: Это эксперимент. Это образ Соединённых Штатов. А сейчас... Что ж, всем известно, что экономика умирает, и это только часть целого. Но генерала Пиночета мы не уважаем. У нас противоположные мнения.

S.A.: Мы с Родриго...

R.M.: В общем, мы оба против...

— Понятно. Хорошо, последний вопрос. Как вы знаете, все известные музыканты выпускают посмертные альбомы. Freddy Mercury, Michael Jackson, ну вы понимаете. Если бы ваш самолет рухнул в океан, какую музыку могли бы включить в ваш посмертный альбом?

S.A.: Наш посмертный альбом?..

— Я могу по-другому спросить. Какие Ваши лучшие песни и альбомы...

S.A.: Для наших похорон?

— Нет, нет... Которые Вы бы хотели, чтобы Ваши слушатели продолжали слушать ещё долгое время...

R.M.: Из наших альбомов?

— Да.

S.A.: Кажется, я не понимаю вопрос.

— Что бы вы хотели, чтобы о вас помнили?

ОБА: А-а-а...

S.A.: Я думаю, что главное — не диски, а та энергетика, которую мы излучаем, когда играем нашу музыку. И мне бы хотелось, чтобы мы запомнились именно этим, тем, что мы — группа, которая выражает свои идеи и верит всем сердцем в то, что делает.

R.M.: Да, а я бы хотел, чтобы меня запомнили за то, что я борюсь за что-то значащее.

— Вот и все вопросы. Может быть, вы бы хотели сказать что-то специально для нас, для этого интервью?

S.A.: Да. Сегодня был фантастический концерт, аудитория показалась нам просто невероятной, они нам очень помогали и мы чувствовали, что нас очень любят. Нам бы хотелось вернуться сюда, в Москву, как можно скорее.

— Спасибо.

A.A.: Это был невероятный опыт. Мы приехали издалека, и в том, что нас тут так любят и так радушно встречают, есть что-то волшебное. Спасибо.

— Спасибо вам.

S.A.: Большое спасибо.